Кризис водке не помеха Президент ГК «Виноградов» Владимир Виноградов об истории, реалиях и прогнозах Планируя беседу с основателем и владельцем Группы компаний «Виноградов» Владимиром Виноградовым, мы даже не надеялись, что наш собеседник будет настолько щедр на информацию о рынке, о своем личном бизнес-опыте и возможных перспективах отрасли. Ведь сегодня информация, пожалуй, один из самых дорогих продуктов. А желание и возможность ею поделиться – не просто признак грамотного бизнесмена, а роскошь, которую может позволить себе профессионал экстра-класса. – Владимир Николаевич, как вы пришли в алкогольную отрасль? И почему именно сюда, а не в стройбизнес или куда-то еще? – Для создания в 1995 году ликероводочного предприятия ЗАО «Столичный трестъ» были серьезные причины. Наш национальный напиток – водка – находился в плачевном положении. Продукция отечественных заводов не отличалась ни качеством, ни упаковкой. Верхние полки магазинов занимали импортные «Абсолют», «Финляндия», «Смирнофф». От фальсифицированной водки, которую выбрасывали на рынок подпольные цеха, ежегодно расставались с жизнью десятки тысяч человек. Мы поставили перед собой задачу – вернуть русской водке утраченный статус. Соблюдая национальные традиции и используя натуральные ингредиенты, мы стали выстраивать свою технологию производства, основываясь на научных исследованиях и, конечно, на «человеческом факторе» – нам удалось привлечь лучших специалистов. Однако, постоянно совершенствуя технологию ликероводочного производства, мы столкнулись с проблемой качества сырья. А именно спирта, из которого производилась наша продукция. Тогда мы приняли решение наладить собственное производство спирта и приобрели завод «Чистые ключи». После серьезной реконструкции и доукомлектации штата результат был достигнут – мы получили качественный спирт. Но, как оказалось, борьба за качество тогда только началась. Наших технологов категорически не устраивало качество поставляемого на спиртзавод зерна. От того, как оно было выращено и убрано, как осуществлялось хранение, зависит его пригодность для использования в спиртовом производстве. Так родилась идея построения вертикально интегрированного холдинга, в котором мы собственными силами могли бы производить основное сырье для наших производств по принципу «зерно – спирт – водка». – Какие сложности возникли при построении холдинга? – Любой труд не будет легким, если к нему подходить ответственно. Тем более, что на этом пути мы оказались первопроходцами – алкогольных компаний полного цикла производства в России нет до сих пор, хотя в той или иной степени некоторые предприятия пытаются построить бизнес по такой модели. Первым всегда тяжело – у нас не было опыта интеграции сельского хозяйства и ликероводочного производства. Однако нам удалось выстроить производственную цепочку таким образом, чтобы предприятия дополняли друг друга в производственном процессе. Агрофирма, расположенная на землях центрального черноземного округа, выращивает продовольственную пшеницу со свойствами, необходимыми для выработки спирта высшего качества. Это зерно поступает на хлебоприемное предприятие, где оно в особом режиме обрабатывается, сушится и подвергается естественной ферментации. Следующим звеном этой цепи является спиртзавод, производящий продукцию класса «Экстра» и «Люкс». И, заметьте, на всех этапах этой цепи мы осуществляем собственный контроль качества. Мы говорим: «В каждой нашей бутылке водки – 100 колосьев с наших собственных пшеничных полей». И именно такой тотальный подход к качеству позволяет нам создавать первоклассные водки и настойки, а также «шедевр ликероводочного производства» – настойку «Ржица»– самое дорогое ликероводочное изделие в Европе. – И вы не побоялись назвать предприятие своим именем, подписавшись под качеством продукции? Что вас подтолкнуло к этому, не пример ли с «Довганем»? – Каждый бизнесмен должен персонально отвечать за качество той продукции, которую производят его предприятия. Такой подход практиковался нашими предками – в дореволюционной России главной ценностью купца были его честь и имя. И он не стеснялся наносить свое имя на товары, гарантируя потребителю именное качество. В наш век массового спроса и потребления бизнесмен перестал быть гарантом качества своей продукции, что в корне неправильно. Владимир Довгань и многие другие предприниматели поняли потребность потребителя в персонификации ответственности за производимые товары. Жаль, что зачастую такой подход – просто рекламный ход, за которым нет реальных дел. Могу сказать, что каждый продукт под брендом «Виноградов» находится под моим персональным контролем. К сожалению, на рынке начали появляться подделки нашего бренда, в связи с чем мы разработали систему проверки подлинности товара – все бутылки имеют индивидуальный код, отправив который sms-сообщением на специальный телефонный номер, покупатель сможет получить подтверждение легальности бутылки. – Как мне кажется, для еще большей независимости вашему холдингу не хватает только собственного стеклотарного предприятия. Нет ли мысли обзавестись им, ведь специалисты говорят, что в России наблюдается дефицит качественной тары? – Степень интеграции не может быть безграничной. Нельзя производить абсолютно все комплектующие для своей продукции. В конце концов, для каждого производства есть своя норма рентабельности. Стекольное производство предполагает большой объем производства, намного больший, чем потребности нашего ликероводочного завода. Если мы начнем производить стеклобутылку, то гораздо больший ее объем нам придется делать для других покупателей. Здесь есть определенная опасность нарушения приоритетов, когда потребности собственного производства отойдут на второй план. Кроме того, технологии в стекольном производстве имеют серьезную специфику. Нельзя объять необъятное и одинаково качественно заниматься множеством столь разных бизнесов. Хотя… для нас нет ничего невозможного (смеется). – А что касается виноделия или пивоварения? – Нет. Данные отрасли не входят в сферу наших интересов. – Тогда о сфере ваших интересов: как вы оцениваете нововведения, которые должны вступить в силу 1 января следующего года, – обязательную установку оборудования по переработке послеспиртовой барды? – Они необходимы. Мы должны думать и заботиться об экологии государства, в котором живем. А проблема отходов спиртового производства весьма болезненная. Но в данной ситуации необходим более продуманный подход со стороны государства. Большинству предприятий спиртовой отрасли для того, чтобы следовать требованиям, вступающим в силу после 1 января 2009 года, необходимо осуществить серьезную реконструкцию производства, на которую необходимы десятки миллионов рублей. Изыскать столь значительные средства за тот период времени, который был отведен, многим не под силу. На данный момент более 90% спиртзаводов все еще не осуществили достаточную модернизацию и не соответствуют новым требованиям. И, наверняка, не осуществят к установленному сроку. Не была разработана программа содействия производителям в реализации поставленных задач. Хотя столь масштабный проект можно было подкрепить определенной финансовой поддержкой. Я не говорю о прямом финансировании модернизации заводов государством – бизнес живет в условиях рыночного капитализма. Но облегчить процедуру получения целевых кредитов на такие программы, субсидировать процентные ставки, а также оказать иное содействие государство в данной ситуации вполне могло. В сложившейся же ситуации, во избежание кризиса, я считаю, срок ввода в действие новых требований необходимо перенести на более поздний. – А что вы хотели бы изменить в сегодняшней крепкоалкогольной отрасли? – Все, что мне не нравится, мы с моими коллегами по алкогольному рынку уже пытаемся изменить. Сравните алкогольный рынок 90-х и нынешний. Он стал гораздо цивилизованнее, чище и прозрачнее. Уменьшается доля нелегального алкоголя. Повышается качество производимой продукции. Растет социальная ответственность бизнеса. Мы двигаемся правильной дорогой. – К вопросу о социальной ответственности. Известно, что вы обучаете студентов за свой счет, что это – пиар, собственные убеждения или нечто иное? – Сейчас используется понятие «human resource», что, на мой взгляд, правильно, так как в любой компании квалифицированный работник – не менее ценный ресурс, чем основные средства, материалы, сырье. Я бы сказал, гораздо более ценный. Ведь от уровня квалификации каждого сотрудника зависит успех бизнеса в целом. В кризисные 90-е годы мы утратили самое главное – кадры и систему их подготовки. И сейчас остро ощущается нехватка профессиональных специалистов. Мы решили не ждать, пока государство или кто-нибудь еще восполнит этот пробел, и занялись подготовкой собственных кадров. По инициативе и при финансовой поддержке Группы компаний «Виноградов» на базе Московской финансово-промышленной академии создан экспериментальный факультет «Новые технологии бизнеса», студентами которого являются несколько десятков талантливых ребят из российской глубинки. Все они прошли серьезный конкурс, подтвердив свои знания и целеустремленность. Принципиальной новизной факультета является равенство теории и практики. Ежедневную работу на самых важных участках наших предприятий ребята совмещают с вечерней учебой. Эта программа существует уже более шести лет. В прошлом году состоялся первый выпуск наших студентов. Скажу честно, в свои 23 года эти ребята уже являются высококлассными профессионалами, так как имеют не только высшее профильное образование, но и более 5 лет стажа работы в различных должностях на предприятиях нашей Группы компаний. Все они сейчас трудоустроены у нас, многие занимают серьезные должности и весьма неплохо зарабатывают. Но подготовка собственных кадров – не самоцель проекта. Поверьте, это не самый простой и далеко не дешевый способ изыскания специалистов. В эту программу изначально заложен социальный аспект. Мы стараемся помочь раскрыться действительно талантливым ребятам, которые в силу жизненных обстоятельств не могут самостоятельно реализоваться на все 100%. Мы ищем новых Ломоносовых, и очень радуемся, когда удается их найти. Зайдите на наш факультет – там все такие! – Владимир Николаевич, не могу не спросить у вас, почему, имея такой богатый управленческий опыт за плечами, вы не пробовали себя во власти, не стали губернатором, к примеру, родной области? – Политиком нужно родиться. Или, по крайней мере, вырасти. Это особый тип людей. Я не хочу сказать плохой или хороший. Особый. Многие из них делают великие дела. Многие – не менее великие, но со знаком «минус». И каждый из них чувствует за собой правоту. Только две правды, к сожалению, не бывает. Наверное, я не хочу, чтобы моя правда оказалась для кого-то неправдой. Пока что я – на своем месте. И на этом месте моя правда востребована. Что будет дальше, не стоит гадать. – Может ли так случиться, что на пике популярности и успешности «Виноградов» станет частью какого-нибудь крупного мирового алкогольного холдинга? Что должно произойти, чтобы вы решились пойти на этот шаг? – Мы не стоим в стороне от рынка и прекрасно видим все складывающиеся на нем тенденции. За несколько лет в два раза сократилось количество лицензий на производство ликероводочных изделий. Налицо консолидация рынка и вытеснение крупными игроками более мелких. Понятно, что подобные процессы не обойдут нас стороной и нам придется в них поучаствовать. Пока сложно сказать, в какой роли– консолидатора или консолидируемого. Наша Группа компаний, осуществляющая бизнес не только в алкогольной сфере, но и в множестве других, имеет весьма серьезный потенциал и способна выступить и в той, и в другой роли, все зависит от конъюнктуры рынка. Именно конъюнктура, тенденции, прогнозы, стоимость и потенциал бизнеса являются для нас критериями при принятии ключевых решений, а не эмоциональная решимость пойти на какойлибо шаг. Любой бизнес должен быть в первую очередь бизнесом, и как можно меньше личного. Что касается крупных мировых алкогольных компаний, то, на мой взгляд, российскому алкогольному рынку необходимо «дозреть» до столь «высоких отношений». Один-два года суверенного развития позволили бы российскому бизнесу более уверенно себя чувствовать в общении с нашими иностранными коллегами. Хотя финансовый кризис и закрытые сделки по приобретению «Парламента» и «Русского Алкоголя» говорят о том, что, возможно, все будет происходить гораздо быстрее. Что ж, посмотрим. Мы живем в эпоху великих перемен. Беседовал Виталий Соловьев, [pro]алкоголь
Продолжение: читать дальше...
